Childfree Forum Форум чайлдфри

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Childfree Forum Форум чайлдфри » Дети и родительство: мифы и реальность » Больные дети и их родители


Больные дети и их родители

Сообщений 21 страница 30 из 796

21

Ребенок даун конечно не виноват . Виноваты его родители , которые должны понимать , что их "солнечная" деточка своим поведением может кому то мешать .

0

22

Juliya Drakones написал(а):

Ссылка

.

как по мне официант поступил как и должен был сделать, не герой но адекватный поступок.если ребенок раздрожал семейство то их спокойно пересадили дальше и инцидент исчерпан(им же не отказали), а вот строить из себя богов семейству не следовало бы и указывать кого можно пускать а кого нет. да и синдром Дауна, если ребенок не ведет себя буйно не повод не пускать в кафе

0

23

Lika написал(а):

Синдром дауна - не вина человека, это его беда, а еще больше - его родителей.

Синдром Дауна диагностируется во время беременности, но некоторые отказываются от аборта, прекрасно зная о диагнозе своего будущего ребенка и всех последствиях, которые этот диагноз влечет для них и их ребенка, поэтому это не вина самого ребенка, естественно, а его родителей.

Lika написал(а):

Гораздо хуже, когда абсолютно здоровый ребенок ведет себя непотребно в общественных местах.

Если на здорового ребенка родители могут воздействовать, то на такого "особенного" ребенка ничем не воздействуешь, так как он ничего не понимает, поэтому это намного хуже, как по мне.

Lika написал(а):

Я это к тому, что мы же все люди. Никто никому ничего не должен, но всё же порой погасить свое раздражение лучше, чем злиться на то, что ни от кого не зависит.

Если в кафе будет вести себе неподобающе взрослый психически больной человек, то никто с ним церемониться не станет, а вызовут полицию и бригаду санитаров, да еще и побить могут, и вряд ли кому-то в голову придет гасить свое раздражение, а тут дважды священная корова - не просто этожеребенок, а больной этожеребенок, поэтому все должны заткнуться и терпеть, даже если этот чудо-ребенок начнет другим посетителям кафе в голову тарелки швырять. Я тоже считаю, что надо быть терпимее и все такое, но бесят именно двойные стандарты. И было бы логичнее, если бы мать со своим взбесившимся ребенком покинула кафе, а не все остальные посетители, но такие "героини и страдалицы" никогда этого не сделают, чтобы доказать в очередной раз всем, что они и их дети не только не хуже других, а намного лучше, и всякие толерастнутые будут защищать права этожебольныхребенков, попирая при этом права всех остальных.

Lika написал(а):

А пару эту я считаю просто хамлом.

Я так не считаю, и мне кажется, что в статье все явно передернуто и раскрашено исключительно в черные и белые цвета. Вряд ли эта пара придралась к громкому чавканью, издаваемому поглощающим пищу ребенком, и он, видимо, очень сильно достал постоянным ором, беготней и приставанием к другим посетителям, раз на его поведение пожаловались. А тут прям все так представлено, как будто злые люди только и ждут, как бы обидеть и унизить и без того несчастную мать ребенка-инвалида и особенную деточку, которая тихо ест свое мороженое, а весь из себя такой благородный официант кинулся их защищать. Лично у меня сложилось именно такое впечатление.

+6

24

Шанталь написал(а):

Если в кафе будет вести себе неподобающе взрослый психически больной человек, то никто с ним церемониться не станет, а вызовут полицию и бригаду санитаров, да еще и побить могут, и вряд ли кому-то в голову придет гасить свое раздражение

Ой не знаю... У нас-то несомненно, а в тех же Штатах, думаю, будут точно так же молчать, как и про поведение больного ребенка.
Ну и да, основной вопрос - что именно было не так. Если ребенок откровенно вел себя непотребно, ну не знаю, тарелку с супом на голову одел или штаны стянул посреди зала - тут можно и "попросить" семейство из кафе. А если ребенок просто громко что-то вещал - ну так и что? Не выгоняют же семьи с обычными, просто невоспитанными, детьми, которые орут дурниной?

0

25

Шанталь
Я думаю, что либо статья несколько приукрашена в пользу родителей, либо просто попались эдакие эстеты, которым инвалиды аппетит портят. Почему считаю, что здоровый невоспитанный ребенок хуже - потому что если родители не видят, что растят из чада монстра, или думают, что оно само пройдет, это понять и принять намного труднее, чем звуки, издаваемые ребенком с отклонениями.
Буйно помешанного выведут из кафе. Если ребенок будет все вокруг крушить - его родителей точно так же могут попросить покинуть заведение. Взрослого человека с синдромом дауна никто никуда не попрёт.
Дауны мелкого возраста не носятся, они в лучшем случае медленно ходят. Они мычат, очень не эстетичны, у них текут слюни и они ходят под себя, во время еды они выглядят очень неприятно. Это может оскорбить чьи-то чувства. Но их родители - тоже люди. И я их могу понять - ну невозможно всю жизнь просидеть дома рядом с инвалидом. Хочется и выйти иногда. И, в отличие от родителей здоровых детей, они мычание и слюни корректировать не могут.
Много букв, сумбурно, но как-то так я чувствую:)

0

26

Lika написал(а):

Дауны мелкого возраста не носятся, они в лучшем случае медленно ходят. Они мычат, очень не эстетичны, у них текут слюни и они ходят под себя, во время еды они выглядят очень неприятно. Это может оскорбить чьи-то чувства.

Вот мне и показалось неправдоподобным, что семейная пара так взъелась на сидящего за соседним столиком ребенка, который просто неэстетично ел, издавая при этом звуки, а не бесился по полной программе. Кстати, полно здоровых детей и взрослых, которые ведут себя за столом как свиньи, и другие посетители кафе, заплатившие за приятное времяпрепровождение,  имеют право не терпеть любой дискомфорт и попросить официанта пересадить их за другой столик, если имеются свободные столики, что эта пара  и сделала. Но как же им тогда мог продолжать мешать ребенок, которого они не видели и не слышали? Видимо, это были либо прям уж такие злыдни-чайлдхейт, либо журналисты опять что-то переврали.

0

27

Шанталь написал(а):

Вот мне и показалось неправдоподобным, что семейная пара так взъелась на сидящего за соседним столиком ребенка, который просто неэстетично ел, издавая при этом звуки, а не бесился по полной программе. Кстати, полно здоровых детей и взрослых, которые ведут себя за столом как свиньи, и другие посетители кафе, заплатившие за приятное времяпрепровождение,  имеют право не терпеть любой дискомфорт и попросить официанта пересадить их за другой столик, если имеются свободные столики, что эта пара  и сделала. Но как же им тогда мог продолжать мешать ребенок, которого они не видели и не слышали? Видимо, это были либо прям уж такие злыдни- чайлдхейт, либо журналисты опять что-то переврали.

Не знаю, что там произошло. Может, и правда, чайлдхейт. Может, просто раздули скандал из ничего. Может, ребенок реветь начал - такое тоже возможно. Но если эта пара высказала свое фи именно потому, что ребенок даун - им мое фи и они хамло.
(Не всегда эта болезнь диагностируется на этапе беременности. Бывают, редко, но всё же, случаи, когда по УЗИ все отлично, а на деле привет).

0

28

Поразительная статья.

Кинолог для особого ребёнка

Каким бы богатым ни был опыт врача и психолога, он никогда не может быть полным: в любой момент может произойти что-то, что переворачивает все представления о диагнозе с ног на голову

Всего реплик: 95
Участники дискуссии: Катерина Мурашова, Лена Де Винне, Светлана Пчельникова, Михаил Аркадьев, Christina Brandes-Barbier de Boymont, Ирина Груздева, Алия Гайса, Алекс Лосетт, Ксения Букша, Любовь Мачина
Ездила на днях в Псков и там, помимо прочего, выступала перед студентами. Один из них спросил:

— Вас, должно быть, после стольких лет работы клиенты уже и удивить ничем не могут? Вы ведь всякие разные семьи видели…

Задумалась, прежде чем ответить. Да, иногда так и кажется: всякое видела, ничему уже не удивлюсь. А потом опять приходит кто-нибудь с чем-нибудь — и замираешь в немом ошеломлении перед многообразием мира и человеческих реакций.

Расскажу об одном таком случае.

Парень был крупный, в мешковатых брезентовых штанах и огромных кирзовых сапогах, с очень маленькой для его роста головой. В лицо я заглянула мельком, но сразу поняла: сильно не норма. Раньше обходились медицинскими терминами: «дебил», «идиот», теперь говорят «с особенностями». Мать уверенно толкнула его на стул в коридоре, почти крикнула: «Джек! Сидеть! Здесь! Ждать!» — и сунула ему в руки уже включенную электронную игрушку, по экранчику которой бегали какие-то треугольники. Женщина и мужчина, пришедший с ней, прошли ко мне в кабинет.

Я одновременно подумала две вещи: 1) не опасно ли оставлять ТАКОГО одного в незнакомом коридоре (испугается еще чего-нибудь, не дай бог, психанет, а у нас там дети маленькие бегают)? 2) если взрослые зашли в кабинет без него, значит, не хотят, чтобы он слышал, что будут о нем говорить. Значит, он все-таки что-то достаточно сложное понимает, и не все так плохо, как мне показалось.

Мужчина и женщина уселись на стульях основательно, предварительно поерзав, и одинаково сложили на коленях сильные, явно знакомые с грязной физической работой руки.

— Оригинальное имя у вашего сына, — сказала я. Надо же было с чего-то начать. Я не люблю сразу спрашивать диагноз. Сами расскажут.

— Не, его по документам Дмитрий зовут. Это мы его так кличем для удобства, чтобы не забыть, что он такое.

— Что он такое… — с некоторой растерянностью отзеркалила я. — А он там, в коридоре, один, не испугается?

— Не. Ему сказали «сидеть, ждать» — он и будет. Не убежит, нет, у него выдержка команды хорошая. Если только коза не придет — он к ней сразу бежит, но откуда ж у вас в поликлинике коза? А здесь у вас в кабинете, мы заглянули, машин-игрушек много, яркие, он любит, начнет еще хватать, а зачем? Мы его привезли, бабушка с ним не хочет, не умеет правильно, а вот Люська может, но мы не знаем, правильно оно или нет, она малая все же, ума-то не особенно, потому и приехали к вам.

Если честно, после этого монолога я растерялась окончательно. Выдержка команды, придет коза, где-то есть еще «малАя Люська», у которой тоже «ума не особенно». Они приехали ко мне по ее поводу? Но почему же тогда не взяли ее с собой? Мать, как ни крути, тоже весьма странноватая. Я с надеждой взглянула на мужчину:

— Может быть, вы расскажете про вашу ситуацию подробнее?

— Не, это лучше она, — мужчина отрицательно замотал лохматой головой, указывая на супругу. — Я ж Джеку не родной отец, отчим, прежде меня не было, я и не смогу сказать, чего вам надо.

— Давайте мы начнем с самого начала, — предложила я матери (ее звали Марьяна). — Как проходила беременность, как Джек родился.

— Ну ладно, — без всякой заинтересованности (дело все-таки в Люське?) откликнулась она. — Если вам так надо.

У Джека микроцефалия и глубокая умственная отсталость. Причины никто так и не узнал. Ситуация была приблизительно ясна уже в роддоме. Молодой матери предлагали сразу написать отказ от ребенка — он никогда не заговорит, никогда не будет с вами играть, никогда не сможет за собой ухаживать, ужасная обуза на всю жизнь, может, потом еще нормального родите. Рассудительная Марьяна сказала: э, нет, погодите, я сейчас ничего не соображаю, а оно не горит, заберу его домой, разберусь, что к чему, тогда и решать буду.

Марьяна — кинолог, с детства любила собак, а потом, когда выросла, стала с ними работать. Занималась дрессировкой, после вместе с мужем завела питомник.

Прошло время. Муж присмотрелся к сыну, сказал: нам настоящий ребенок нужен, помощник, а не урод никчемный, давай его отдадим все-таки. Марьяна сказала: не, ну как это — отдать, не по-человечески как-то. Да я уж и привыкла к нему, мать все-таки, инстинкты, все такое. Он сказал: надо было сразу отдавать, как советовали. А теперь, чтобы тебе легче было решить, выбирай уже: либо я, либо это. Марьяна сказала: если ты, урод, так ставишь вопрос, так на фига ты мне такой нужен?!

Муж ушел. Марьяна осталась одна в загородном доме (купили, чтобы завести питомник, продав городскую квартиру семьи Марьяны) — с мамой, сыном-микроцефалом, козой, пятью кошками и пятнадцатью среднеазиатскими овчарками-алабаями. До поликлиники добиралась редко, до каких-то специалистов — тем паче. Но если все-таки добиралась, всем задавала один и тот же вопрос: ну объясните вы мне, что он такое? Что у него внутри-то? И вот кто-то однажды ей сказал: вы же с собаками работаете? Ну так вот: у вашего Димы интеллект точь-в-точь как у большой собаки! И на бОльшее, увы, мы рассчитывать не можем.

— Правда? — замирающим голосом переспросила Марьяна. — Вы не врете? Спасибо, спасибо, спасибо вам! — крикнула Марьяна, и, подхватив ребенка, как на крыльях понеслась домой.

К концу той недели Дима был переименован в Джека и его начали дрессировать. К трем годам он знал команды «фу», «сидеть», «стоять», «гулять», «ко мне», «место», «лежать», «дай руку», «дай ногу», «одеть», «снять» и уверенно выполнял апортировку любых предметов. К пяти Марьяна обучила его большинству элементов караульно-розыскной службы (у него оказался отличный нюх, почти как плохой собачий). Тогда же Джек начал проситься на улицу, чтобы пописать и покакать. За это его поощряли особенно активно и обильно, но на закрепление навыка ушло еще три года. Прежде специалисты говорили Марьяне, что при таком поражении мозга этого просто не может быть никогда, ни при каких обстоятельствах — на этом уровне гигиенические навыки, увы, не формируются. Однако к тому времени она специалистам уже не верила и была специалистом по воспитанию «джеков» сама.

Джеку было шесть, когда по кинологическим делам Марьяна познакомилась с Николаем. Она ему понравилась сильно и сразу, но женщина осторожничала. Потом призналась: у меня, кроме собак, еще и Джек есть.

— Что за Джек? — подозрительно спросил мужчина.

— Приезжай, увидишь.

Просмотрев на площадке все дрессировочные достижения Джека, Николай дал ему кусок сыра и зааплодировал Марьяне:

— Гениально! Джек у тебя чудесный, а ты — несравненная!

Марьяна поняла, что ей наконец повезло.

Через два года родилась Люська. Слава всем богам, совершенно нормальная.

На данный момент (к пятнадцати годам) Джек уверенно выполняет около ста пятидесяти команд, и еще порядка пятидесяти находятся на стадии закрепления. Он понимает несчетное количество отдельных слов и обращенные к нему предложения из двух знакомых слов типа «Принеси миску» или «Где Люся?». Сам сознательно произносит около двадцати пяти слов (из них пятнадцать — кинологические команды). Имитационно — много больше. Умеет выгуливать собак по фиксированной трассе, расставлять миски с кормом, менять воду, чистить будки и вольеры, держать во время дойки строптивую козу, кормить кур и кошек, а также закреплять уже выработанные у молодых псов команды (самая занудная часть кинологической работы).

— Джек у нас классный, — сказал Николай. — Помощник. Всю черную работу на себе тащит. И не устает вообще, ему все мало. Придет, смотрит, лапой вот так делает и говорит: есе, есе. Это значит: еще что сделать? Ну это как у служебных собак тоже. Они же не только за лакомство, они же ЛЮБЯТ работать, быть нужными. Не знаю, как бы мы без него справлялись.

Однажды Марьяну случайно занесло на тусовку мам с «особенными детьми». Вышла оттуда с глубоким изумлением: «Чего-то я этого ваще не поняла — как так жить-то можно?» Когда по просьбе тамошних завсегдатаев рассказала, что умеет делать Джек, и сообщила, что он не принимает никаких лекарств (Джека и тяжесть его мозговых поражений все видели воочию, диагноза Марьяна не скрывала), ей просто не поверили. Предложила желающим приехать в гости и убедиться. Две семьи приехали (помимо прочего, им обещали разрешить погладить собачек и козу). Увидев Джека «в деле», обе мамы разрыдались. И дальше был забавный опыт: одна из этих двух мам стала умолять Марьяну обучить ее ребенка «хоть чему-нибудь из того, что Джек умеет». Марьяна согласилась, но поставила условие: ребенка, его лекарства и деньги на прокорм оставляете, а сами — убирайтесь, вам этого видеть не надо. За месяц холеного «особенного ребеночка», вокруг которого много лет крутилась вся жизнь его семьи, обучили самостоятельно есть из миски (до этого его кормили), приносить по команде тапочки и бросать по команде «фу» все то, что он схватил. Спать ребенок полюбил в просторной собачьей будке вместе с недавно щенившейся сукой алабая (она его грела и вылизывала), и в конце даже пытался помогать Джеку убирать вольеры, таская туда-сюда сено и собачьи какашки. Слух прошел по сообществу, и несколько раз потом Марьяне предлагали «любые деньги». Николай посмеивался: «А что, жена, может, плюнем на “разводить и дрессировать собак” и начнем дрессировать этих… “особенных”? Прибыльное ведь дело может выйти». — «Не, — отвечала Марьяна. — Ты как хочешь, а мне с собаками сподручнее!»

— Ребята, а вы чего ко мне приехали-то? — спросила я по окончании рассказа.

— Да про Люську спросить! Я ж вам сразу говорила!

— А чего ж ее не привезли-то?

— Да ее тут не надо! У нее знаете ухи какие? Так и вертятся все время, и подслушивают. Нам вот что нужно понять: Люське сейчас шесть. Джек за ней присматривал, пока она маленькая была, даже учил ее, и теперь, понятное дело, считает ее щенком и не слушает. А она уже пытается им командовать. А ума-то нет! Недавно ее деревенские мальчишки-приятели побили, так она им и пригрози: «Я Джека на “фас” выучу, так он вас на кусочки порвет». Мать ихняя слышала и мне рассказала. Это дело? Но с другой стороны: мы не вечные, помрем когда-нибудь, если Джек к тому времени жив будет, кому за ним дальше присматривать? Люське, кому ж еще! Значит надо, чтоб он ее, как нас, слушался. А чем моложе пес, тем легче его приучить — это вам понятно, конечно. И вот: как нам тут поступить-то? Нам сказали: вы — биолог, понимать должны, потому — к вам.

— Ох, — сказала я. — Ну сейчас попробуем обсудить.

Все обсудив, мы решили, что сейчас «переключать» Джека на Люську еще рано — все-таки это слишком большая ответственность для шестилетнего ребенка. Доказательством для кинологов послужило такое мое соображение: вы же не доверили бы такому ребенку самостоятельно работать с взрослым кобелем-алабаем, даже прекрасно обученным?

— Да, — признали супруги. — Это опасно.

Сроком для начала обучения Люськи в роли «водителя» Джека мы положили ее десятилетие. Еще несколько лет уйдет на приучение их работать в паре и закрепление навыков, и в результате к самому сложному Люськиному возрасту все будет уже готово и сможет сколько угодно ждать в латентной фазе.

Вот такая история. Мир всегда готов удивить, сколько в нем ни проживи и чего ни навидайся.

Теги: дети

Всё бы хорошо и благостно, да только Люську мне жалко. Ей-то за что такое счастье? Хотя если братец умеет сам хотя бы есть и (пардон) ходить в туалет, уже легче...
И обязательно комментарии! Ссылка http://snob.ru/selected/entry/91276

0

29

Поражаюсь, как Мурашова после стольких удивительных посетителей сама умудряется сохранять трезвость рассудка.

0

30

Крокозябра написал(а):

Поразительная статья.

Всё бы хорошо и благостно, да только Люську мне жалко. Ей-то за что такое счастье? Хотя если братец умеет сам хотя бы есть и (пардон) ходить в туалет, уже легче...
И обязательно комментарии! Ссылка http://snob.ru/selected/entry/91276

жж зато разбомбило, чуть ли не иск в суд уже готовят, восхваляют Европу.

0


Вы здесь » Childfree Forum Форум чайлдфри » Дети и родительство: мифы и реальность » Больные дети и их родители